Часть 25. Пап, я гей

Просыпаться в одиночестве становилось традицией, которая Андрею совсем не нравилась. Открыв глаза, он сразу понял, что снова лежит без Лёни, а по яркому солнцу, проникающему в комнату, догадался, что время уже не раннее. Хотел не идти на поиски парня сразу и пролежать ещё час, переваривая вчерашний вечер и ночь, но услышал голоса за стеной.

Он быстро встал, накинул футболку и пошёл в сторону кухни, стараясь не издавать лишних звуков. Второй голос принадлежал взрослому мужчине, которого он не знал. В голове мелькнула мысль подслушать, но он решил не портить и без того хрупкую основу зарождающегося доверия между ним и Лёней, поэтому показался в дверном проёме.

Сразу же столкнулся взглядом с мужчиной за столом — тот сидел лицом к двери. Выглядел он довольно презентабельно, в костюме, с ухоженной бородой, и был явно чуть старше сорока.

Мужчина оглядел Андрея и вопросительно посмотрел на Лёню. Парень повернулся, окинул Андрея безразличным взглядом и сразу вернулся к собеседнику.

— Твой парень? — спросил мужчина.

— Нет, — Лёня выдохнул.

Мужчина усмехнулся, явно не поверив, а Андрей напрягся. По его истерзанной шее можно было понять, что Лёня врёт, но в голове сразу возникла мысль, что они и правда не являются парой.

— Ладно, — мужчина поднялся. — Я подожду тебя снизу. Спускайся, когда будешь готов.

Он направился в коридор, и Андрей отошёл с прохода. Мужчина обулся, взял пальто с крючка, потянулся к дверной ручке, но обернулся и крикнул в сторону кухни:

— Не злись, я бы не приехал так внезапно, если бы ты отвечал.

Он ещё раз осмотрел Андрея и вышел, аккуратно закрыв дверь. Парень отлип от стены и зашёл на кухню, сев на место, где только что сидел мужчина. Лёня смотрел в чашку с кофе и водил пальцем по её ободку. На лице было явное раздражение.

— Что случилось? — спросил Андрей.

— Тебе сейчас лучше уйти, — отчеканил Лёня.

Андрей откинулся на спинку стула, сжав зубы. Терпения у него и так было немного, и он пытался проявлять его в основном только по отношению к Лёне. Но сейчас не мог сдержать раздражения, потому что его снова пытались оттолкнуть после сближения.

— Почему? — выдавил он, стараясь сохранять спокойствие.

— А ты не слышал, что меня ждут? — Лёня посмотрел на него. — Тебе надо уйти.

— Что с тобой? — не сдавался Андрей. — Кто это был? Крёстный? Почему ты такой злой?

— Уйди, — выплюнул Лёня и отвёл взгляд.

Андрей не знал, что ещё сказать. Хотел уйти, но понимал, что, если сделает это — снова не увидит и не услышит парня неизвестно сколько. Он сдерживал злость, чтобы потом не мучиться от ощущения, что не сделал всё, что мог, и не загрызть себя виной. От напряжения заболела голова, а челюсть начала ныть, но он продолжал сидеть.

— Зачем тебе всё это знать? — выдохнул Лёня.

— Я вчера тебе ответил, почему мне это важно.

— И что? — спросил он громче. — Мы теперь пара? Встречаемся? Влюблённые?

Андрей вздохнул и отвёл взгляд. Не был готов к этому разговору, который его пугал, ещё и в таком тоне. Мысли путались, а голова всё больше начинала болеть.

— Вот и я про это, — тихо сказал парень, не дождавшись ответа.

— А это так важно? — раздражённо спросил Андрей. — То, что вчера было, нихуя не значит, по-твоему?

— У меня так было кучу раз.

Андрей стиснул зубы, сдерживаясь, чтобы не перевернуть стол. Его снова поставили в один ряд с теми, кто был до. Убеждать себя в том, что Лёня просто защищается, становилось всё труднее. Он понял, что больше не хочет участвовать в этом цирке, и посмотрел на парня.

— Для тебя это был обычный секс или нет? Ответь честно, чтобы я перестал думать, что я что-то для тебя, блять, значу.

Лицо Лёни дрогнуло, а взгляд стал испуганным.

— Я вёл себя как уёбок, и я виноват, но сколько можно от меня защищаться? — Андрей говорил громче. — Оба этих раза с тобой были самым ужасным и охуенным, что было в моей жизни, и ты второй раз просто смешиваешь меня с говном, — он чувствовал, как даже шея напряглась. — Нахуя? Тебе самому будет легче, если я пропаду и больше никогда не появлюсь? Так скажи мне это прямым текстом. Нахуй ты делаешь мне больно?

Лёня молчал. С каждым словом он всё сильнее сжимал рукава кофты, смотря на Андрея испуганными глазами.

— Если тебе кажется, что я каменный, потому что у меня на ебале мало эмоций, то это не так, — продолжил Андрей, закрыв глаза. — Ты напомнил мне, что когда-то я был уязвимым, но нехуй добивать меня.

Андрей выдохнул и опустился головой на стол. Чувствовал боль во всей груди и тошноту то ли от нервов, то ли от собственной уязвимости. Он закрывался столько лет, чтобы никто не мог сделать ему больно, а теперь сидел абсолютно обнажённый и давал рисовать на себе узоры скальпелем, лишь бы удержать человека, который сам не знает, чего хочет.

Андрей резко встал и направился в спальню. Хотел быстрее одеться и уйти. Он почувствовал, что Лёня прав — им никогда не быть вместе. Он устал от бесконечной боли. Знал, что будет больно и дальше, но давно привык заталкивать это чувство поглубже и перекрывать злостью.

— Прости, — Лёня зашёл в комнату. — Я не хотел.

Андрей замер с футболкой в руках и закрыл глаза. Сжимал ткань и понимал, что не может ни повернуться, ни ответить. Лёня подошёл к нему ближе.

— Ты мне нужен, — тихо сказал он. — Очень нужен.

Андрей резко почувствовал, как становится легче дышать. Он уже забыл, что ждал этих слов ещё осенью. И не понимал, насколько важно было их услышать.

Он откинул футболку в сторону, повернулся к парню и обнял его.

— Я не хотел так себя вести, честно, — сбивчиво продолжил Лёня, положив голову ему на плечо. — Проснулся утром и испугался, потому что понял, что ты мне очень нужен. А потом слетел с катушек из-за внезапного приезда крёстного, — он поднял голову и посмотрел на Андрея. — Если ты не готов становиться парой, то не насилуй себя. Это не важно.

Андрей закрыл глаза и прижался лбом к его лбу. Слов внутри было много, но от облегчения он забыл их все.

— И каким бы ты ни считал себя мудаком, — тихо сказал Лёня, — ты ждал меня два месяца, а я просто сбежал. До сих пор не понимаю, зачем ты это сделал, но я этому рад.

Андрей выдохнул и положил голову ему на плечо, прижимая сильнее. Лёня погладил его по спине и тихо отстранился.

— Дай мне последний раз время, хорошо? — спросил он тихо. — Я сам приду к тебе очень скоро. Мне надо решить последнюю проблему, и я больше не буду исчезать никогда. Обещаю.

Андрей кивнул, так и не открывая глаз. Боялся, что развалится на части, если увидит Лёню. Тот легко поцеловал его в губы и вышел из комнаты собираться. Андрей постоял ещё минуту, пытаясь собраться с силами. Потом быстро переоделся и пошёл в коридор.

Думал уйти, не попрощавшись, потому что так и не мог сказать ни слова, но Лёня показался из комнаты. К счастью, он не стал ничего говорить. Просто быстро обнял парня и проводил.

Он вышел из подъезда и впервые за день смог полноценно вздохнуть. Хотел опуститься на скамейку и прийти в себя до конца, но понимал, что Лёня скоро выйдет. Пошёл дальше от дома на ватных ногах, не особо думая над маршрутом.

Плёлся, порой толкая зазевавшихся прохожих, и не знал, что чувствует. Привычная боль, сопровождавшая его не один месяц, исчезла, и он будто потерял опору. Боялся поверить, что всё может быть хорошо, почувствовав страх Лёни, с которым так долго боролся сам.

В какой-то момент он остановился посреди улицы и наконец поднял голову. Посмотрел на небо. В голове крутилось одна фраза.

Он нужен.

Нужен человеку, который нужен ему. Который знает его с самых худших сторон.

Боль была привычной. Чувство счастья — нет. Он просто не знал, что с ним делать, потому что не был так спокоен и счастлив уже много лет.

Андрей рассмеялся, наплевав на прохожих. Хотелось обнять каждого встречного, и от этого становилось ещё смешнее. Теперь он точно сошёл с ума. Парень быстро написал сообщение и направился в ближайший магазин, решив, что не хочет терять такой редкий момент радости, который мог оказаться недолгим.

Уже через полчаса он сидел на знакомой детской площадке, ожидая Алису. Девочка выбежала из подъезда, но быстро насупилась и пошла к Андрею медленнее, отвернув голову.

— Что ты хотел? — недовольно спросила она, не глядя на парня.

— Ты что, — он быстро опустился на корточки, — обиделась на меня?

— Да, — выпалила девочка. — Вообще забыл про меня, когда твой друг пришёл.

Андрей достал из кармана шоколадку и протянул ей. Алиса заинтересовалась, протянула руку, но быстро отдёрнула и снова надула губы, отвернувшись.

— Специально взял поменьше, чтобы ты успела съесть, пока бабушка не видит, — смеясь, сказал Андрей. — А в сумке лежит подарок побольше, но, кажется, он тебе не нужен.

— Ладно, — Алиса резко выхватила шоколадку. — Но это оккупация.

— Откуда ты таких слов нахваталась? — рассмеялся ещё громче Андрей.

— Бабуля кроссворды решает, — стягивая варежку, сказала девочка. — Я правильно сказала слово?

Когда шоколадка была доедена, а гнев Алисы почти сменился на милость, им удалось дойти до слова «коррупция», которое изначально подразумевала девочка. Сердце ребёнка растаяло окончательно при виде двух киндеров и ещё одной шоколадки, и Андрей был удостоен коротких объятий. Потом он забрал дары обратно и пошёл прислуживать маленькому генералу.

— Ты сегодня странный, — заявила Алиса, когда парень снял её с горки. — Даже не такой страшный.

— А какой тогда? — он улыбнулся, в очередной раз поправив ей шапку.

— Весёлый, — не задумываясь, ответила она. — Это из-за друга?

— Да, — он кивнул.

— А я чем хуже? — возмутилась девочка. — Со мной ты не такой весёлый был. Это потому что я маленькая? Или потому что я девочка?

Андрей рассмеялся. Отметил, что она права, но решил не озвучивать эту мысль.

— Когда-нибудь у тебя будет такой же друг, и ты меня поймёшь.

Девочка задумалась на секунду, а потом скривилась.

— Не хочу дружить с мальчиками, — она показала язык. — Они противные.

— Вот как? — Андрей состроил недовольное лицо. — Тогда я заберу себе киндеры.

— Нет!

Парень подвергся атаке снежками и признал своё поражение. Когда начало темнеть, а за девочкой пришла баба Зина, он передал ей сладости. Алиса на прощание признала, что он не самый противный. Андрей улыбнулся и пошёл домой.

Зайдя в квартиру, Андрей скинул вещи в комнате и поставил разряженный мобильный на зарядку. Не захотел сидеть у себя и пошёл на кухню. Мама сидела за столом с яблоком и смотрела какой-то сериал. Посмотрела на сына, на секунду изменилась в лице и быстро вернулась к телевизору.

Андрей достал из холодильника остатки еды, погрел и сел за стол. Женщина не смогла скрыть удивления и убавила громкость, глядя на него.

— Чего не в комнате ешь?

— А что, нельзя тут поесть? — он улыбнулся и изогнул бровь.

— Кушай, конечно, — махнула рукой женщина, продолжая изучать сына, которого не узнавала. — Случилось что-то?

— Почему так решила? — с набитым ртом спросил парень.

— Да я уже забыла, как вы оба выглядите, — она тепло улыбнулась. — Костя у Ани пропадает, а ты из комнаты не вылезаешь.

Андрей продолжил есть, поглядывая в телевизор. Краем глаза замечал, как мама то и дело косится на него, но решил не задавать вопросов, списав всё на удивление из-за его хорошего настроения.

— А ты руки мыл в ванной, как пришёл? — внезапно спросила она.

— Нет, на кухне помыл, — напряжённо ответил Андрей и посмотрел на неё вопросительно.

— Кушай, кушай, — женщина снова улыбнулась и вернулась к сериалу.

Андрей пожал плечами, но решил последовать совету и доел остатки еды. Помыл тарелку и пошёл к себе. Решил устранить последствия сессии и шалящих нервов — стал скидывать в пакеты мусор и собирать посуду. Удивился, что в доме ещё не начался дефицит кружек, учитывая шесть штук, перекочевавших к нему в комнату.

Когда последний пакет был завязан и оставлен в углу, в дверь постучали.

— Да?

— Дуй за мной в гараж, — то ли грозно, то ли радостно приказал отец. — Я шины наконец обновил, поможешь!

— Хорошо, — без особого энтузиазма крикнул Андрей.

Сил к концу дня почти не осталось. Оказалось, даже радость отнимает немало энергии, если организм отвергает её как вирус. Андрей быстро накинул худи с курткой и вышел из подъезда, направляясь к гаражу.

Зашёл внутрь и присвистнул от количества предстоящей работы, прикрыв за собой дверь. Отец поднял голову, оторвавшись от машины. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но застыл и прищурился. Потом усмехнулся, мотнул головой и снова полез под капот.

— Разбери пока коробки, — сказал мужчина. — Возле стеллажа вот эти. Посмотри, что там можно выкинуть, а что лучше оставить.

Андрей кивнул и нагнулся над одной из коробок, в которой оказались старые вещи. Часть из них точно была ещё со времён СССР, и он захотел сразу выкинуть всё, понимая, что это барахло никому не нужно. Ради приличия сделал вид, что очень заинтересован в содержимом, хотя уже знал его будущее.

— Как у тебя дела? — спросил отец спустя время.

— Всё хорошо, — ответил Андрей и улыбнулся от того, что, кажется, впервые не сказал «нормально».

— Где был вчера?

Андрей посмотрел на отца. Тот никогда не задавал этот вопрос ни ему, ни Косте. Родители почти никогда не спрашивали у детей об их передвижениях, а после восемнадцати дали зелёный свет на всё легальное и не опасное для жизни.

— У друга ночевать остался, — ответил Андрей.

— И чем занимались? — отец тоже отвлёкся от дел и посмотрел на сына.

— Пап, — он напрягся, — ты чего решил меня допросить?

— Да ничего, — мужчина рассмеялся. — Посмотри, пожалуйста, в коробке на третьей или четвёртой полке зеркальце такое.

— Зачем тебе зеркало?

Отец отмахнулся и вернулся к прежнему занятию. Андрей закатил глаза, поднялся и принялся искать то, что попросили. Нашёл в третьей по счёту коробке, пару раз сдержав ругательства, и подошёл к отцу, протянув зеркало.

— Посмотрись, — коротко ответил отец, не разгибая спины.

Андрей начинал раздражаться от непонимания, но послушно посмотрелся в зеркало. Сразу понял, почему родители так странно себя ведут, когда увидел шею в засосах. Настолько не привык к вероятности, что они могут быть на нём, что напрочь забыл про них. Быстро убрал зеркало и отошёл от отца, вернувшись к коробке с вещами, которые резко стали интереснее.

— Да ты не напрягайся так, — начал отец, смеясь. — В твоём возрасте пора уж.

— Это… — Андрей замялся и выдохнул. — Та девушка, о которой я говорил осенью.

Отец повернулся к сыну с каким-то печальным видом, но потом снова улыбнулся.

— Значит, у тебя теперь тоже есть отношения? — аккуратно поинтересовался мужчина. — Скоро оба покинете нас с мамой, да?

— Отношений нет, — Андрей опустил обратно в коробку какое-то платье и помрачнел. — Просто…

— Как это нет отношений? — удивился отец. — Столько бегал, чтобы на тебе кучу отметин поставили и всё?

Андрей чувствовал себя некомфортно, обсуждая эту тему с отцом, но одновременно был рад, что может поговорить с кем-то. Удручало то, что он не может сказать всё прямо — это облегчило бы объяснения.

— Я не готов, наверное, — ответил Андрей то, что смог придумать вместо правды.

— Чего ж так? — отец отряхнул руки и подошёл ближе, облокотившись о стену. — Не любишь?

Андрей поёжился от вопроса и нахмурился.

— Она мне нравится, — ответил Андрей после паузы. — Просто всё сложно.

— Да ладно, чего сложного, — усмехнулся отец. — В наше время даже штамп в паспорте для многих ничего не значит, а тут просто слово. Чего так боишься-то?

Андрей обречённо выдохнул. Он и сам не знал, почему так боится. Старые травмы опять мешали жить, то и дело добавляя ограничений в голове.

— Прости, что лезу, — сдался отец, не дождавшись ответа. — Но не морочь себе голову. В итоге все в земле окажемся, и никто тебе потерянное время на страдания и душевные тяготы не вернёт.

Андрей ненадолго замер, а потом кивнул — скорее себе, чем отцу. Мужчина, кажется, почувствовал неловкость и включил старое радио. Начал подпевать, и Андрей снова смог расслабиться.

Через пару часов и несколько сотен похороненных нервных клеток отец разогнулся, хрустнул спиной, хлопнул измотанного Андрея по плечу и выдохнул.

— Всё, хватит на сегодня, — он посмотрел на часы на руке. — Время-то уже, ёшкин дрын, вот это мы засиделись. Костю надо потом тоже в рабство взять, а то чего только ты отдуваешься.

— С ним ещё дольше будем работать, — усмехнулся Андрей. — Будет болтать больше, чем делать.

— Ну да, язык у него без костей. Удачно я ему имя придумал, — мужчина рассмеялся. — Спасибо, что помог.

— Да не за что.

Андрей прислонился к стеллажу и закрыл глаза, дожидаясь, пока отец будет готов идти домой. Мечтал быстрее помыться, оказаться в кровати и уснуть без задних ног. Мужчина проверил машину в последний раз, ударил ногой по каждой шине по традиции и отключил радио. Вышел из гаража и закрыл за Андреем дверь.

Внезапно они оба замерли и нахмурились. На дворе была ночь, и в тишине отчётливо слышались чьи-то крики. Слов было не разобрать, но среди выкриков прорезался чужой истеричный смех. У Андрея сжалось сердце — он узнал этот смех и эти голоса. Он сразу сорвался с места и побежал на звук, оставляя отца позади.

Оказавшись в ближайшем дворе, он увидел знакомые лица, и на глаза сразу налезла пелена гнева. Успел заметить Лёню в сугробе и Соколова возле него. Этого хватило, чтобы без раздумий подлететь к парню и ударить его в нос. Соколов сразу отшатнулся, зажимая лицо.

— Нихуя себе, какие люди, — заржал Рома, стоявший чуть дальше.

Андрей дёрнулся, чтобы повторить с ним то же самое, но не успел — третий парень перехватил его и с размаху ударил в живот. От удара перехватило дыхание, и он согнулся, но удержался на ногах, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Лёня так и сидел на снегу, тяжело дыша.

— Блять, хули ты слетел с катушек опять? — спросил Соколов, потирая лицо.

Андрей выпрямился, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь, заглушая боль в животе. Он не ответил, но посмотрел на Соколова так, что тот на секунду замялся. Потом снова подошёл и ударил — на этот раз под рёбра. Тот охнул и отшатнулся, а Рома, наоборот, шагнул вперёд.

— Так вы реально два пидора? — не унимался он. — Я знал, что ты конченый, Наумов, но чтобы до такого докатиться…

— Сука, я тебя убью нахуй, — не своим голосом сказал Андрей и оттолкнул парня от себя.

— Стоять, шпана! — отец подошёл и быстро оценил ситуацию. Его голос был твёрдым, но спокойным. — Вы чем тут занимаетесь?

Трое парней напряглись на секунду, потеряв бдительность, и Андрей снова дал Соколову по лицу. Тот упал на снег.

— Уёбки трусливые, только толпой и можете, — рассмеявшись, встрял Лёня и попытался подняться.

Мужчина, заметив, как его шатает, подбежал к нему и помог встать, разрываясь между ним и тем, чтобы удержать сына. Андрея отрезвило от голоса Лёни, и гнев моментально сменился на испуг. Он сам не заметил, как подошёл к парню, забыв про то, что хотел убить каждого из троих ублюдков, и помог ему встать вместе с отцом.

— А вы в курсе, что ваш сын заднеприводный? — распалившись, выдал Соколов, поднимаясь с земли. — Защищает своего парня.

Отец никак не отреагировал, придерживая Лёню. Его лицо оставалось спокойным, будто он не слышал ровно ничего из того, что сказали эти трое. Андрей сразу отстранился и намеревался продолжить начатое, но Лёня схватил его за рукав.

— Не надо, — хрипло сказал Лёня, и Андрей замер. — Не марай руки об этот мусор.

— Так чего молчишь, Наумов? — добавил Рома, скалясь. — Всё же по мальчикам, да?

Андрей дёрнулся, но Лёня снова удержал его.

— Парни, идите по домам, пока мы не вызвали полицию, — сохраняя спокойствие, сказал отец.

— Не мы это начали, — протянул Рома. — Это парень вашего сына мне по рёбрам прописал.

— А то, что вы его всю школу избивали просто так ты забыл, мразь? — Лёня оттолкнулся от мужчины и поравнялся с Андреем.

— Да как же просто так? — спросил Соколов и сплюнул себе под ноги. — За то, что он говно гейское. И смотри-ка, — он подошёл ближе, — не ошиблись же.

Лёня открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел.

— Да какое вам нахуй дело, кого я люблю, уёбки? — закричал Андрей. — Люблю я его и что? Я хотя бы кому-то нужен, блять!

— Зато у нас жопа не дырявая, — рассмеялся Рома, и Соколов с незнакомым парнем подхватили этот смех.

Отец подошёл к Андрею с другой стороны и потянул за рукав, прося уйти. Мужчина что-то говорил, но Андрей не мог разобрать ни слова. Они с Лёней развернули парня и потянули в сторону дома.

— А вы не переживайте, — усмехнувшись, кинул Лёня через плечо. — Трахают меня, так что ваша жопа с большей вероятностью будет пробита, когда вы в сорок лет придёте в гей-клуб жаловаться на свою жирную жену.

Рома продолжал ржать и подкидывать новые гнусные шутки, но Андрей ничего не слышал из-за шума в ушах. Лёня помог отцу его дотащить, и он, сам не понимая как, оказался на скамейке у своего подъезда. Только тогда он смог выдохнуть и почувствовал, как дрожат руки.

Лёня опустился рядом, держась за бок. Отец встал напротив них, явно шокированный происходящим. Напускное спокойствие осталось позади — на его лице читались волнение и испуг. Андрей отдышался и смог прийти в себя, потихоньку понимая, что всё это не сон. Он дёрнулся в сторону Лёни и поднял его лицо двумя руками.

— Куда тебя били? Надо скорую?

Лёня замер на мгновение, а потом тихо рассмеялся.

— Меня и посильнее били, не переживай, — он улыбнулся. — Они слабаки.

— Что ты тут делаешь? Как это произошло? — Андрей продолжал рассматривать его лицо.

— Ты не отвечал весь день, телефон был выключен, — Лёня положил ладонь на его руку, но быстро отдёрнул. — Я испугался, что ты теперь будешь избегать меня, и приехал. Потом снова испугался и пошёл гулять. А там… наткнулся на них.

Андрей выдохнул, отпустил его лицо и почувствовал небольшое облегчение от того, что с Лёней всё относительно в порядке. Потом снова напрягся и медленно повернулся к отцу. Мужчина смотрел на него с тем же волнением.

У парня закружилась голова. По одному его поведению всё было ясно. На плечах сразу почувствовался груз, который он привык носить все эти годы. От которого он очень устал.

— Пап, я гей, — выпалил Андрей и опустил голову.

Лёня перевёл испуганный взгляд с Андрея на мужчину. Хотел обнять парня, но понимал, что это только усугубит ситуацию. Лицо отца дрогнуло, а потом на нём появилась грустная улыбка.

— Мы давно это знаем, сынок.

Андрей посмотрел на отца. Мужчина сел рядом на скамейку.

— В смысле? — дрожащим голосом спросил парень.

— Говорю же, у Кости язык без костей, — он усмехнулся. — Давно он тебя сдал с потрохами, но слёзно умолял его не выдавать.

Андрей почувствовал одновременно облегчение и ужас. Бегал глазами по улице и лицу отца. Тот похлопал сына по плечу, нагнулся и посмотрел на Лёню, который выглядывал из-за Андрея и смотрел на мужчину широко раскрытыми глазами.

— А это, как я понимаю, та девушка, о которой ты мне говорил всё это время?

Лёня отвёл взгляд и сглотнул ком в горле. Андрей смог кивнуть спустя время.

— Пойдём домой, — отец поднялся со скамейки. — Твоего товарища подлатаем и поговорим нормально.

Мужчина отошёл к подъезду, ища ключи в карманах. Лёня встал первым и смотрел на Андрея, который так и сидел, глядя в одну точку. Хотел поднять его и как-то подбодрить, но не был уверен, что от этого не станет хуже. Отец так и стоял у подъезда, открыв дверь. Не торопил и просто ждал, пока сын встанет сам, когда будет готов.

Спустя несколько минут Андрей выдохнул и поднялся со скамейки. Взял Лёню за руку и потащил его за собой в подъезд. Ему было всё равно — видел ли это кто-то из соседей или как на него посмотрит отец. Казалось, рука парня сейчас была единственным, что помогало стоять на ногах.

Мужчина пропустил их в подъезд, едва заметно улыбнулся и зашёл следом.