Часть 7. Нас никто не видел

Следующее утро стало для Андрея испытанием на выдержку. Костя косился на него всю дорогу: пока собирались в коридоре, пока ехали в университет, пока шли на пару в бассейн. При этом брат либо молчал, либо отвечал односложно и выглядел как нашкодивший кот.

Расписание менялось с невероятной скоростью — первокурсники играли в чехарду, перестраивая свои планы каждый день. Теперь физкультура стояла у Андрея первой парой в четверг. У Кости она была второй по расписанию, но он всё равно решил выйти из дома только вместе с братом.

Андрея добило отсутствие старосты на занятии, и, когда они с Костей вышли из корпуса бассейна, он не выдержал:

— Что с тобой, блять? — он остановился и повернулся к брату так резко, что тот подпрыгнул на месте и чуть не выронил телефон. — Идёшь за мной и молчишь.

— А что, нельзя? — с вызовом в голосе ответил Костя, хотя лицо выглядело растерянным.

— Что случилось? — Андрей потёр переносицу, сдерживая раздражение, которое нарастало от непонимания. — Ты натворил что-то и боишься признаться?

— У тебя не только с эмоциональным интеллектом проблемы, — пробубнил парень, но встретился со злым взглядом брата и выпалил: — Я просто за тебя переживаю.

Он поправил лямку рюкзака и зашагал вперёд так быстро, будто пытался убежать не только от Андрея, но и от собственных слов. Андрей постоял в ступоре пару секунд, потом догнал его и схватил за рюкзак. Костя остановился, но не повернулся.

— Ты о чём? — спросил Андрей уже без раздражения, с какой-то обречённостью в голосе.

Костя развернулся, выдохнул, будто набирался смелости, и заговорил быстро, почти проглатывая слова:

— Сидел убитый, меня выгнал. Потом сам попросил твоему старосте написать. Ходил чернее тучи. А вчера вечером пришёл, чуть ли не напевая себе под нос от радости. Я думал, что переживаю из-за того, что ты ходишь мрачный, — он перевёл на Андрея почти безумный взгляд, — но, когда ты радостный, мне страшнее.

Парень выпалил это и сжался, зажмурившись. Андрей смотрел на него, сдерживая смех. Поджал губы и замахнулся рукой. Костя дёрнулся.

— Шизоид, — сказал Андрей и хлопнул брата по плечу, громко рассмеявшись.

Костя выпрямился и уставился на него круглыми глазами. Андрей продолжал заливаться смехом.

— Ты где вчера был? — осторожно спросил Костя, боясь моргнуть.

— С Аней твоей кувыркался, — выдал парень, отсмеявшись.

Лицо Кости вмиг стало недовольным. Он ни капли не ревновал девушку к брату — его просто бесило, что ему не отвечают нормально, а спросить прямо он ничего не мог.

— Мы так на пару опоздаем, — отчеканил он и зашагал в сторону главного здания.

Андрей пошёл за ним, всё ещё улыбаясь. Подставил лицо солнцу, которое после пары дней дождей наконец соизволило появиться, и чувствовал себя на удивление хорошо. Голова была пустой, раздражение из-за брата отпустило, и он просто наслаждался моментом.

У главного здания стоял Лёня. Выглядел как обычно: выспавшийся и вполне довольный. Заметил братьев и направился к ним.

— Привет, — сказал он, пожав руку Косте. Кивнул Андрею и, предвидя вопрос, выдал: — Не захотел плавать, решил пропустить.

— Нас сегодня было всего десять человек, — махнул рукой Костя. — Препод сказала, что мы вымираем постепенно.

Лёня тихо рассмеялся и перевёл взгляд на Андрея, который смотрел куда-то в сторону.

— Я нашёл, куда мы ещё можем сходить.

Андрей повернулся к старосте, а бровь на лице Кости поползла вверх. Он медленно сделал шаг назад, наблюдая за двумя парнями перед собой.

— И куда? — с интересом спросил Андрей, подходя ближе к Лёне, который уже копался в телефоне.

— Вот выставка абстрактного экспрессионизма, сегодня последний день, — начал перечислять парень, тыча пальцем в экран. — А ещё по Пушкинской карте можно попробовать попасть сюда.

У Кости, кажется, отвисла челюсть, но ни один из двоих этого не замечал. Он вовремя увидел проходящего мимо одногруппника, жестом остановил его и стрельнул сигарету, краем уха слушая бурное обсуждение планов брата с его старостой. Успел докурить почти до фильтра, когда Андрей перевёл на него взгляд. Улыбка с лица брата мгновенно сползла.

— Ты опять куришь?

— Я ещё и в запой так уйду, — выдал он бездумно и поперхнулся дымом.

— Тебе Аня написала что-то или что опять стряслось? — Андрей закатил глаза.

Из здания послышался звонок, и Лёня перевёл встревоженный взгляд с Кости на Андрея.

— Иди, я подойду, — махнул старосте Андрей, не сводя глаз с брата. Лёня кивнул, ещё раз осмотрел Костю и пошёл в здание. — Ну так что опять?

— Нет, — резко бросил Костя, выкинув сигарету. — Не надо ничего спрашивать.

— Мы что, местами поменялись? — Андрей усмехнулся и скрестил руки на груди.

Костя чувствовал, как по спине бегут мурашки. Он изучал лицо брата несколько секунд, а потом чуть не взвыл, запрокинув голову.

— В пизду, — выпалил он. — Я сегодня не пойду в универ, мне хуёво.

Андрей не успел ничего спросить — брат сорвался с места и чуть ли не побежал от здания университета, даже не в сторону остановки. Андрей проводил его взглядом, пытаясь понять причину такого поведения, потом выдохнул и достал телефон. Направился ко входу в университет, по пути набирая Ане сообщение. Со скрипом, но смог спросить у девушки, что с Костей.

Всю первую пару он гипнотизировал телефон, матеря Аню, которая работала из дома и вечно просыпалась ближе к обеду. Лёня косился на него, но ничего не спрашивал. Лишь изредка толкал клюющую носом Оксану. На следующей перемене Андрей скинул вещи в нужной аудитории и отправился в столовую, получив заказ от друзей.

Дойти до прилавка он не успел — застыл между столов, заметив Сашу. Тот сидел в одиночестве, печатая что-то в телефоне, и не поднимал головы. С инцидента в парке прошла почти неделя, они с тех пор не виделись и не общались, и эту тему никто не поднимал. Одна часть Андрея говорила: подойди, поговори. Другая — забей, купи еду и свали.

Саша словно почувствовал взгляд — поднял голову и едва заметно улыбнулся, явно повеселев от вида озадаченного парня. Андрей сжал кулаки, подошёл к продавщице, купил всё по списку, а потом сел за стол к Саше. Молчал и смотрел в сторону, прижимая к себе пакет с выпечкой.

— И что это значит? — не выдержал Саша, рассмеявшись. — Мама извиняться не научила, поэтому ты просто подошёл и сел рядом?

— Не за что извиняться перед тобой, — буркнул Андрей, всё ещё не поворачиваясь. — Но признаю, что погорячился.

— Сочту за извинения, — пожал плечами Саша. — Мне в целом даже на руку твой срыв получился.

Андрей перевёл на него непонимающий взгляд, и парень указал пальцем на шею. Там красовалась пара засосов. Андрей посмотрел ещё более удивлённо на лицо Саши — тот прикусил губу, улыбаясь.

— Пошёл после парка к одной девчонке, — пояснил он. — Поплакался, так сказать. Пожалели ахуенным минетом. Да и до сих пор жалеют, так что мы квиты.

— Обращайся, — сухо сказал Андрей, сдерживая улыбку, которая почти проступила на лице.

— Нет уж, — парень помотал головой. — Лучше ты мозги себе вправь. Я ведь нихуя не провоцировал тебя тогда. Я просто не бегаю перед тобой на цыпочках, как твой брат и, — он наклонился ближе к Андрею, — как все твои близкие, судя по всему.

— Блять, — на выдохе произнёс Андрей, закатив глаза.

— Можешь и дальше мне морду бить, конечно, — со смешком сказал Саша, откидываясь на спинку стула. — Но лучше бы тебе признать побыстрее, что я прав.

— Есть ещё вариант с тобой не общаться, — раздражённо ответил парень.

— Как же у тебя с головушкой всё плохо, — с ухмылкой сказал Саша, постукивая пальцами по столу. — Ты сам ко мне подошёл. Определись уже касательно всего в своей жизни, — он резко посерьёзнел, — и не еби людям мозг.

— Ладно, я пошёл.

Андрей резко встал и направился в аудиторию. Саша ничего не добавил, только проводил его заинтересованным взглядом и покачал головой.

Стоило Андрею сесть за парту и отдать пакет на растерзание Оксане с Лёней, телефон завибрировал. Он достал его быстрым движением и сразу зашёл в диалог с Аней:

«У нас с ним всё норм, а что такое?»

«А чего он тогда как пришибленный ходит?»

«Мне с ним поговорить?»

«Если не сложно»

Последнее сообщение Андрей переписывал пять раз и остановился на такой формулировке. Аня поставила палец вверх, и парень заблокировал телефон, выдохнув. Повернулся к друзьям — те озадаченно смотрели на него, но быстро отвели взгляд, стоило Андрею обратить на них внимание.

— С кем общался? — спросил Лёня, но тут же добавил: — Я про то… Всё нормально?

— Да, — ответил Андрей и легко улыбнулся.

Лёня кивнул и продолжил жевать.

— Пойдём на выставку сегодня? — взбодрилась Оксана. — А то я так и не поняла. Лёня на меня всё вывалил.

— От Андрея зависит, — пожал плечами староста.

— Пойдём, — кивнул парень.

Спустя две пары желание идти куда-то кроме дома улетучилось у обоих парней, но под угрожающим взглядом Оксаны они волевым усилием отправились к трамвайной остановке. Лёня болтал с девушкой о живописи, а Андрей слушал краем уха, то и дело возвращаясь мыслями к Косте. К концу последней лекции Аня ответила, что он её игнорирует, и от этого у парня заныло в груди.

Хотелось поехать домой, вмазать брату для профилактики и выпытать причину странного поведения. Но он шёл на остановку с двумя любителями искусства, потому что вчера они с Лёней договорились пытаться сделать жизнь насыщеннее и найти какие-то интересы. Возможно, даже общие. Искали разные мероприятия в городе, пока Лёня не начал окончательно клевать носом.

Изначально планировали ходить вдвоём, но вечером Андрей написал Оксане и позвал её с ними. Лёня написал ей под утро то же самое.

В трамвае девушка быстро заняла единственное свободное одиночное место у окна и привалилась к стеклу. Парни расположились поблизости на двух свободных сиденьях. Андрей уставился в телефон, периодически набирая брату сообщения, но не отправляя их.

Лёня понял, что диалог завязывать бесполезно, достал наушники и протянул один парню. Андрей вздрогнул и быстро отказался. А через несколько минут сам подцепил пальцем провод и стащил наушник у старосты, на секунду оглянувшись по сторонам.

Прости мне мои расспросы,но это невыносимоТак быстро проходит осень,так тянутся долго зимы
Оба парня хмыкнули и переглянулись. Быстро отвернулись.

— Знаешь эту песню? — спросил Лёня, не поворачивая головы.

— Ага.

— Не ожидал.

— В плане? — Андрей нахмурился и посмотрел на него.

— Думал, такой грозный парень какой-нибудь панк-рок слушает, — усмехнувшись, ответил Лёня, всё ещё глядя перед собой. — А ты чего так отреагировал?

Андрей напрягся, отвернулся, потом выдохнул и снова посмотрел на старосту.

— Воспоминания. Ближе к шестнадцати родители отвезли нас с братом в Питер, — начал он. — Я там под эту песню часто гулял, потому что тогда было очень… — он завис, подбирая слово вместо «больно». — Было очень ебано, короче.

Лёня дёрнул головой, но быстро остановил себя, так и не повернувшись к парню. Снова начал жевать губу. Андрей заметил это и нахмурился. Добавлять ничего не стал. Песня сменилась.

Ночью придет сновиденьями вещимиТот, кто полюбит все твои трещиныМожет мужчина, а может быть женщина
Оба парня резко вытянули наушники. Андрей сжал кулаки, а Лёня отвернулся в сторону окна. Только через несколько минут староста сказал:

— В следующий раз лучше твою музыку слушать будем.

Андрей зачем-то кивнул и расслабил челюсть, которая заныла от напряжения. Сам не заметил, что стискивает зубы. Повернулся к Оксане, но девушка смотрела в окно, слушая свою музыку, и не обращала на них внимания.

Остановка находилась прямо перед зданием галереи, так что компания быстро оказалась внутри. Лёня с Андреем оплатили билеты себе и Оксане — девушка резко повеселела от этого жеста и потащила парней под руки в сторону нужной выставки. Внутри оказалось светло и просторно: высокие потолки, ряды тонких колонн, панорамные окна, из которых свет разливался по залу ровными горизонтальными полосами.

— Такое здание интересное, — протянула Оксана, отпуская руки парней, когда компания поднялась на второй этаж.

— В форме серпа и молота, — ответил Лёня. — Не так давно здесь вообще открыли выставки, года три здание ремонтировали.

Девушка покачала головой и двинулась вперёд изучать картины. Парни пошли за ней. Внимание Оксаны то и дело переключалось с полотен на Лёню и обратно. Они вместе гадали, что изображено на каждой абстрактной картине, и принципиально не заглядывали в описание на табличках. Ошибались каждый раз, но всё равно оставались довольны своими догадками.

Андрей держался в стороне. Сердце билось чаще обычного. Вчера, на волне воодушевления после примирения с Лёней, он решил, что не завтра умирать и можно попробовать зажить полной жизнью. Тогда он даже не поморщился от мысли о галерее. А потом поморщился, когда понял, что они пойдут вдвоём. Мозг почему-то сразу нарисовал их держащимися за руки, и его чуть не вырвало от одной только картины их прогулки.

Тогда он написал Оксане и выдохнул. А сейчас он стоял и боролся с паникой, пытаясь заглушить её любым из более привычных чувств.

Когда им с братом было по пятнадцать, Костя попросил у родителей оплатить пару уроков рисования — впечатлился из-за какого-то фильма. Пришёл в школу с грязными от красок руками, и его засмеяли.

— Ты что, девчонка?
— Наумов, какой тебе баскетбол, ты же у нас леди.
— Два урода.

Так Андрей впервые подрался. Когда оскорбляли его — он терпел, но, когда дело перешло на Костю, не смог сдержаться, хотя брат и оттягивал его от парня, с которым тот сцепился. Андрей прекрасно знал: над Костей смеются из-за него. Следы от красок были просто поводом.

Но главным поводом всегда был он сам. И это заставило его принять правила игры, в которую он попал не по своей воле: научиться давать сдачи, нацепить маску человека, которого нельзя задеть. Со временем эта маска приросла к нему, закрыв собой всё, что было в парне.

Воспоминания отрезвили Андрея, и он почувствовал животную ярость. Увидел, что Лёня с Оксаной идут в его сторону, заметив пропажу парня. Резко развернулся и ушёл в туалет, который еле нашёл среди проходов и колонн. Зашёл внутрь, опёрся на раковину и поблагодарил все высшие силы за то, что в галерее почти нет посетителей, а в туалете — никого.

Ярость и паника смешались внутри и вырвались тихим истеричным смехом. Его просто ломало, и он снова не знал, что с этим делать. Потому что не хотел зарывать всё это обратно, но и проходить через это было слишком тяжело. Руки тряслись, а по щеке покатилась слеза. Он терял ощущение реальности всё больше с каждой секундой.

Внезапно чья-то рука утянула его за собой. Он прекрасно знал, кто его схватил, хотя перед глазами всё плыло. Его затолкнули в кабинку и крепко обняли быстрее, чем он успел что-то понять.

Какое-то время Андрей стоял, пытаясь успокоиться и сдержать слёзы, которые запрещал себе столько лет и так глупо посыпался. Позволил себе быть слабым. Это слово мелькнуло в голове и сразу ударило его как пощёчина. Он резко оттолкнул Лёню, и тот влетел в стену. Поморщился от боли, но смотрел на Андрея невероятно встревоженно.

— Какого хуя? — прошипел Андрей, вжимаясь в стену за своей спиной.

— Можешь ударить меня, — ответил Лёня, прижимаясь к противоположной.

Расстояние между ними из-за тесноты кабинки было ничтожно маленьким.

— Нахуя ты это сделал? — спросил Андрей сквозь стиснутые зубы.

— Я зашёл, а ты даже не отреагировал, — начал медленно Лёня. — Увидел, что ты плачешь…

— Ты нихуя не видел, — прервал его со злобой Андрей.

— Нас никто не видел, — внезапно выдал Лёня, и парень дёрнулся. Злость на его лице сменилась непониманием.

— Что? — тихо спросил он.

— Я специально затащил тебя сюда, — вкрадчиво продолжил Лёня, будто разговаривал с потерянным ребёнком. — Чтобы никто нас не видел. Ты же этого боишься?

— Что ты несёшь? — губы Андрея дрожали так же, как руки.

— Да хоть тогда у университета, — так же медленно продолжал парень. — Ты же по сторонам смотрел, хотя просто поздоровался со мной — как любой парень здоровается со своим знакомым на улице. Каждый раз…

Андрей резко прижал Лёню к стене, схватив за плечи двумя руками. Тот замолчал. Видел, как взбухла вена на лбу Андрея, чувствовал его тяжёлое дыхание. Он ожидал, что его пошлют или ударят, был готов к любому исходу. Просто молчал и ждал.

— Не надо меня анализировать, — сказал Андрей спустя несколько минут и отпустил парня, снова прижимаясь к противоположной стене. — Пожалуйста… просто не надо.

Он опустил голову, но Лёня слышал по голосу: он не злился. Ему было очень тяжело.

— Просто дружи со мной, — продолжил Андрей дрожащим голосом.

Лёня хотел сказать, что дружить, не понимая человека, тяжело, что можно быть знакомыми, приятелями, но уж точно не друзьями, когда тебе не дают никакой информации. Но он видел состояние парня и понимал: своими словами он лишь отсрочит раскрытие Андрея. Сдержался.

— Хорошо.

— И забудь всё, что ты сейчас видел, — тихо добавил Андрей, поднимая голову. Глаза были закрыты, но веки дрожали.

— Хорошо, — соврал Лёня. Посмотрел на парня ещё какое-то время и добавил: — Я сейчас выйду и скажу Оксане, что тебе плохо стало. Выходи, когда будешь готов.

Парень кивнул, не открывая глаз, и Лёня вышел из кабинки. Быстро умылся, пытаясь игнорировать удары сердца в районе горла, которые мешали дышать, и вернулся в зал.

Андрею потребовалось несколько минут, чтобы хотя бы почувствовать землю под ногами. Кажется, он отдал последние силы, чтобы не ударить Лёню. Был горд собой, но это чувство совсем не помогало. Он вышел из кабинки и умылся, избегая взглядом зеркало. Понимал, что точно разобьёт об него голову, если увидит своё отражение.

Парень стоял, опираясь о раковину, и почувствовал вибрацию в кармане. Достал телефон и ответил, не всматриваясь в экран.

— Слушаю, — голос всё ещё дрожал и надломился даже в таком коротком слове.

— Что с тобой? — спросила Аня после небольшой паузы.

— Всё хорошо. Что-то с Костей?

— Тебе плохо? — в голосе Ани слышалось волнение.

— Нет, — ответил парень, но тут же добавил: — А что? Что с Костей?

— Да всё нормально с ним, блять, — раздражённо выпалила Аня. — Я тебе просто хотела сказать, что он ко мне едет, и что его может дома не быть допоздна, чтоб ты не переживал.

— Не смей ему говорить, что мне плохо, — резко напрягся Андрей, приходя в себя.

— Так тебе плохо?

— Ты меня услышала? — с едва уловимым раздражением спросил парень.

— Господи, — протянула на выдохе девушка. — Связалась с детским садиком.

— Ты…

— Да, да, я сама с вами связалась и почти не жалею, — перебила его Аня. — Мне нравится твой брат, и ты тоже неплохой парень, и я за тебя переживаю. Наврала я тогда в кафе, — затараторила она. — Просто вот так быстро к людям привязываюсь, дура тупая.

— Спасибо, — сказал Андрей, прерывая её. — Мне надо идти. Присмотри за Костей.

Он сбросил трубку, не вслушиваясь в голос, который что-то ему ответил. Сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем открыть дверь. Потребовалось несколько минут, чтобы он вышел к Лёне с Оксаной — они стояли у одной из самых больших картин. Он подошёл к ним, и девушка посмотрела на него с немым вопросом. Андрей открыл рот, чтобы что-то объяснить, но не успел.

— А я говорил, что у нас в универе беляши лучше не брать, — с улыбкой сказал Лёня, укоризненно посмотрев на Андрея. Потом перевёл взгляд на Оксану: — Запомнила?

— Не люблю беляши, — она поморщилась и отвернулась от Андрея. — Слишком жирно. Мне за фигурой надо следить.

— Главное — быть здоровой. Ты всё равно красавица.

Староста сказал это с лучезарной улыбкой, и девушка засмущалась, снова уткнувшись в картину. Андрей заметил, как губы Лёни дрогнули, стоило Оксане отвернуться. Улыбка казалась почти искренней, но на самом деле явно стоила парню огромных усилий. Андрей позавидовал его актёрскому таланту.

— Так какие у нас тут были предположения? — прокашлявшись, спросила Оксана.

— Я ставил на одиночество, а ты на расставание.

Андрей посмотрел на картину. Хаотичные тёмные мазки с редкими голубыми всполохами и красными пятнами на огромном холсте.

— А ты как думаешь? — обратилась к нему девушка.

— Инфаркт, — ответил Андрей первое, что пришло в голову.

Оксана рассмеялась, и даже Лёня, кажется, немного расслабился. Андрей криво улыбнулся и продолжил рассматривать полотно. Оказалось, это была тоска. Компания двинулась дальше, от одного произведения к другому. От каждого абсурдного варианта Андрея у Оксаны всё больше болел живот от смеха, и парень, расшевелившись, начал специально игнорировать серьёзные ответы, подкидывая один нелепее другого.

Самая последняя картина оказалась значительно меньше предыдущих. Она была выполнена в тёмных тонах: большие мазки бордового, из-под которых проглядывалось жёлтое полотно, а поверх — брызги более тёмного жёлтого цвета.

— Тяжело, — протянула Оксана задумчиво. — Блин, может, это скорбь?

— Почему скорбь? — нахмурился Лёня.

— Ну смотри. Человек жил с любимым и радовался. Потом этот близкий умер, вот и тёмные мазки сверху. А брызги — воспоминания о лучшем времени с ним.

— Вау, — Лёня захлопал в ладоши. — А мне кажется, это путь к счастью.

— Счастье? — Оксана нахмурилась. — Слишком мрачно.

— Счастье не бывает без труда, — пожал плечами парень. — Порой ты живёшь, думая, что счастлив, а потом ломаешься. Теряешь себя, становишься темнотой, которую прощупываешь, чтобы найти редкие всполохи настоящего себя, — он усмехнулся. — А это и есть счастье.

— Ебать вы философы, — прыснул Андрей, но сам задумался. — Любовь.

Оксана с Лёней повернулись к нему с удивлёнными лицами.

— Ну а что, — рассмеялся парень. — Наслушался вас и решил высрать что-то такое же глубокое за компанию.

— Точно не любовь, — покачала головой девушка. — Слишком тёмная гамма.

— А, по-твоему, любовь — это что-то классное? — спросил Андрей и тут же скривился. Тряхнул головой и быстро добавил: — Короче, я просто за компанию вставил, забей.

— Это поиск себя, — огласила Оксана. — Лёня опять был ближе всех. Сегодня он победитель.

— Удивительно, что не я, — усмехнулся Андрей, положив руку на плечо девушки. — Особенно про понос.

— Фу, — она поморщилась, но рассмеялась.

Андрей подхватил её смех, но быстро напрягся. Лёня так и стоял, изучая картину с каким-то обречённым видом. Андрей выдохнул, обогнул девушку и переложил руку на другое её плечо. Потом, заставив себя не оглядываться по сторонам, осторожно положил ладонь на плечо Лёни. Тот дёрнулся и удивлённо посмотрел на него, но парень отвернулся к Оксане, которая что-то показывала в телефоне.

Через несколько секунд он убрал руки с обоих плеч, и Андрей с Оксаной пошли к выходу, делясь впечатлениями. Лёня смотрел им вслед, пользуясь тем, что оба увлеклись разговором. Перевёл взгляд на картину.

— Блять, ну и угораздило же меня…